“В гробу мы видели твой опыт, мама!”

Поражаюсь, как некоторые люди с настойчивостью графа Монте-Кристо, роющего чайной ложкой тоннель под Ла-Маншем, продолжают убеждать себя и окружающих в необходимости передачи детям собственного опыта, одновременно удивляясь тому, что дети в гробу видали весь этот ценнейший опыт.

Во-первых, именно наш собственный опыт (взрослых я имею в виду), а также смею надеяться полученная с опытом способность к его анализу, должны были бы нам подсказать, что так всегда было и логично было бы предположить, что и будет.

Вот, что приписывают, например, Сократу: «Нынешняя молодежь привыкла к роскоши, она отличается дурными манерами, презирает авторитеты, не уважает старших, дети спорят со взрослыми, жадно глотают пищу, изводят учителей».

А вот что говорил египетский жрец Ипувер примерно в 1700 году до н.э «Наш мир достиг критической стадии. Дети больше не слушаются своих родителей. Видимо, конец мира уже не очень далек».

То есть об ужасах современной молодежи твердят все взрослые с тех самых пор, как существует цивилизация. И мир так и катится к концу света, дети наглеют, старшие возмущаются, и было бы странно ожидать, что в 21 веке вдруг волшебным образом все изменится. С чего бы?

Во-вторых, и слава Богу! Пусть живут свою собственную жизнь. Ведь если они возьмут за основу исключительно родительский опыт и станут исходя из него действовать, то это будет настоящим клонированием. Не знаю как вы, а лично я предпочитаю общаться с кем-то более оригинальным, чем я сама.

И вообще почему бы уже не признать, что наш опыт может быть не только лишним, но даже вредным и для нас самих, и уж тем более для тех, кто наследует эту землю? Из него растут наши личные страхи, наши представления о том, как устроен мир (часто ошибочные, не совпадающие с реальностью, которая вообще у каждого своя и собственно говоря именно личным опытом и творится), из него растут наши ограничивающие убеждения – «я пытался строить бизнес, столкнулся вот с такими проблемами, а мой друг вообще разорился, не строй бизнес в этой стране, все сядем».

А ведь часто именно отсутствие опыта и наличие некоторого количества иллюзий, отсутствие представлений о том, «как всегда бывает» дает возможность творческого подхода, возможность изобретений, возможность прорывов, создания того, что нам «взрослым и умудренным» может казаться невозможным и определяет в конце-концов становление и развитие интересных личностей.

Да и вообще, что мы можем знать о будущем?

Да, человеческие отношения неизменны, да мы терзаемыми теми же страстями, что и сто, и двести, и тысячу лет назад. Но проживать их и есть часть программы, и есть развитие: лично столкнуться и сделать свои собственные выводы, построив на собственном опыте особенный, уникальный путь отношений с другими.

Что же касается знаний и навыков…. Камон, гайз, давайте признаем, что в будущем нашим детям в лучшем случае понадобиться семейный рецепт яблочного пирога и наследуемая способность доставать кончиком языка до кончика носа. Остальное устаревает со скоростью, которую мы боюсь даже не в состоянии оценить.

Я думаю об этом в том числе в связи с тем, что ко мне иногда обращаются за советом совсем юные люди: делать или не делать? И замечаю, что мне намного легче подобрать логические аргументы против, чем за. А все почему? Слишком много опыта, который в итоге фокусирует меня на рисках, а не на возможностях, уровень энергии явно ниже, чем у тех, кто пытается пробовать и вдохновлен энергией идеи, так и к чему в итоге им мой совет? И возьму ли я на себя ответственность за подрезанные крылья мечты? И разве не известны нам истории неожиданных прорывов, тех, что вопреки, когда окружающие считали идею нежизнеспособной, а она взлетала со всей той херней, с которой, по нашему мнению, взлететь вообще невозможно?

Так что сегодня ничего кроме любви, поддержки и примера собственной увлеченности любимым делом (семьей, книгами, чем угодно), примера того, как мы справляемся с разочарованием и трудностями мы предложить своим детям не можем. А уж они сами выберут, что из нашего примера для них релевантно, а что нет. Не стоит удивляться, если ничего.